Глаза ищут глаза и другие тайны свадебного портрета. Мое интервью в журнале "Счастливая свадьба"

Интервью
Мое интервью для журнала "Счастливая свадьба". Фото Наталия Мужецкая. Текст Инна Нечайкина

Аватарки в социальных сетях приучили нас к мысли, что снимать портреты может каждый. Направил камеру на зеркало – и даже снимок себя, любимой, готов. А потом увидишь где-то свадебные портреты Наталии Мужецкой и понимаешь: не все так просто!

 

У тебя потрясающие портреты, хотя, наверное, ты это часто слышишь. В чем твой главный секрет?

 

Не отрицаю, на мои портреты все обращают внимания. Просто это мой любимый жанр. Я не представляю себе свадебную серию без ярких, выразительных портретов. Самое лучшее время для съемки портрета – в самом начале, после того как стилист закончил работу. Пока у невесты нет признаков усталости, мышцы еще не напряжены, пока можно поработать с естественным утренним светом.

 

Как-нибудь настраиваешь невест перед съемкой?

 

Фотограф, стилист и невеста – мы ведь соавторы. Невеста должна нравиться себе, чувствовать себя королевой. Поэтому ей так важно выбрать своего стилиста, а моя задача как фотографа – донести всю красоту созданного ими образа. На свадьбе не всегда все идет по плану, много родственников, отвлекающих моментов, суеты, а для удачных кадров нужна спокойная атмосфера. На самом деле все, что требуется от молодоженов, – расслабиться и быть собой.

Но ведь на фотосессии оставаться собой очень сложно! Стоит только встать в естественную позу, как начинается: плечо опусти, руку подними, голову вправо, подбородок влево, грудь вперед, и вот ты уже застыл в странном положении с испуганными глазами.


Конечно, надо понимать, что жених и невеста не профессиональные модели, более того, они находятся в состоянии душевного подъема, эйфории, а тут еще фотограф направляет на них огромное черное «ведро» – профессиональную фотокамеру. Все это либо очень сковывает, либо люди впадают в другую крайность – начинают переигрывать, кривляться в соответствии со своими представлениями о работе модели. Хорошее средство «профилактики» -- предсвадебная съемка (лавстори) в обычной одежде, в привычной обстановке, когда есть время научить тело принимать выигрышные позы.


Говорят, красота -- в глазах смотрящего, а какую роль глаза играют в портрете?


Вы никогда не обращали внимания на то, что, когда мы смотрим на фотографию – неважно, портрет ли это в полный рост или только часть лица, – мы ищем глаза? Глаза всегда ищут глаза. А еще если человек на снимке смотрит в камеру, как бы ты от него не отвернулся, не сместил угол зрения, он будет глядеть прямо на тебя. В детстве меня очень пугало, когда девушки с рекламных плакатов следили за мной! (Смеется). Поэтому когда я прошу невесту – взгляд, пожалуйста, на камеру, -- это значит, что потом она будет смотреть на зрителя, и все ее эмоциональное состояние передастся ему. Мне с детства нравилось рисовать портреты. Когда я училась в художественной школе, обычно начинала с некоего облика, а потом сразу переходила к глазам. И когда прорисовывались глаза -- все, это ключевой момент: человек на портрете становился собой. Глаза в портрете – это очень важно. Покой, грусть, радость, счастье – все, чем наполнен человек, – в его глазах.


Помогает ли тебе в работе фотографа художественное образование?


Я начинала тренироваться на гипсовых головах. Все это проходят – учатся на шариках, кубиках, конусах, потом переходят к более сложному… И только когда ты почувствуешь пропорции, объемы, то, как может ложиться свет, каким он бывает разным, как способен подчеркнуть черты лица, переходишь к живым портретам. Я всегда рисовала карандашом, мне нравилось прорисовывать объемы, держать его в руках – есть в этом какая-то сила. Я считаю, что у художника должно быть художественное образование, но случаются и чудеса. У меня есть знакомый сварщик, который стал фотографом. Он не умеет рисовать, никогда не держал в руках кисть, он вообще техник от природы, но стал художником. Потому что у человека может открыться «третий глаз». Нет, нельзя проснуться и стать художником. Растить в себе его нужно очень долго, иногда годами, совершая ошибки и учась на них, создавая себя, как скульптор статую.


Насколько открыт твой «третий глаз»?


Могу сказать, что он у меня не открыт даже наполовину. Я очень требовательна к себе, к своим работам. Нужно всегда стремиться к чему-то большему. С каждым днем я стараюсь открыть свой «глаз» все шире. Вот сидит девушка, а я так и вижу: свет контровой, заполняющий, и она прекрасна... Уже не могу жить без этого! Когда фотографирую, я словно рисую.